-            Я не сумасшедший. Это... ну... фру Рейн, - пояснил он. - И она... в общем, не обращайте внимания. У нас есть дела поважнее.

-            Мы догадываемся, - Фриц, прищурился. - Мне кажется, над столом какая-то дымка.

-            Это и есть фру Рейн. Она лежит на столе. Вернее, сидит. Вот, - ткнул пальцем в столешницу, - мокрые отпечатки!

Отпечатки действительно были и располагались они так, что при наличии воображения действительно напоминали женскую фигуру - два полушария грудей, живот, бедра... Студиозусы вытаращились на них, как на знамение, кое-кто даже потянулся потрогать.

-            Фру Рейн, прошу вас, уберитесь, - сделал ещё одну попытку Дитрих. - И не мешайте нам составить план.

-            А то что? - призрак кокетливо улыбнулся.

-            А то... а то, - юноша окинул взглядом приятелей, - а то я при всех буду вас бабушкой называть!

От громкого хохота вздрогнули все посетители кабачка, а привычная ко всему девица-подавальщица уронила кружку с пивом.

-            Хам! - побагровела фру Рейн, но со стола все-таки соскользнула. Впрочем, толку от этого было мало. Она пристроилась за спиной Дитриха, обняв его мокрыми руками за шею и склонив голову на плечо. Влажная прядь ее длинных волос при этом коснулась щеки. Запахло тиной и тухлятиной,и юноша на всякий случай решил дышать через рот.

-            В общем так, друзья, - заговорил он, - чтобы доказать невиновность мэтра Сибелиуса, нам нужно время. А времени у нас ровно до того момента, когда в Зверин привезут отчет из Нюрнберга. Значит, надо всего-навсего сделать так, чтобы отчет попал в руки наших инквизиторов как можно позже. А сделать это можно одним способом - подкараулив гонца и...

-            Отняв у него отчет! - воскликнул Вальтер так громко, что на него зашикали со всех сторон. - Гениальное умозаключение! «Отлично» по философии!

-            У меня брат - богослов. Ну,так как? Вы согласны?

Студиозусы размышляли недолго. Им достаточно было

обменяться взглядами.

-            А чего тут думать? - пожал плечами Вальтер. - Мы согласны! По рукам?

-            По рукам! Коцечно, согласны! - откликнулись со всех сторон. - Надо действовать!

-            Конкурентов приглашать будем? - подал голос Фриц.

-            Кого?

-            Приятелей с «колдовского» факультета, - пояснил тот. -

Думаю, они не откажутся немного насолить инквизиторам.

-            Много народа нам не нужно. Чем больше толпа, тем труднее ее не заметить!

-            Да я всего одного приглашу. Парень вроде как свой, даром, что будущий нёкромансер. Кроме того, если мы инквизиторского гонца подкараулить хотим, то без магии не обойтись. Мы же не хотим, чтобы нас поймали!

С этим все согласились.

В комнате было темно, но мрак еще гуще царил в душе фрау Хильтруд. Она долго сидела на полу, обхватив колени руками. Было страшно сдвинуться с места. Но до скончания века так не просидишь. Рано или поздно, придется приниматься за дела.

Дом притих. Слуги забились по углам, не обнаруживая своего присутствия. Даже мыши - и те не шуршали. Весь мир оцепенел, ожидая ее решения.

Медленно, как больная, фрау Хильтруд встала. Держась рукой за стену, поковыляла вон из комнаты, но, переступая порог, по привычке выпрямила спину и расправила плечи, придавая своему лицу выражение ледяного достоинства. Она так долго приучала себя, дрессировала, как норовистую лошадь, так тщательно и сурово заставляла себя быть баронессой, что сейчас действовала по привычке.

Проходя по коридору, несколько раз стукнула кулаком в одну из дверей.

Навстречу ей выглянуло бледное личико невестки. Маргарет взглянула на свекровь с ужасом, что-то угадав в ее лице.

-            Собирайся. Пойдешь со мной. Молчи. Не задавай вопросов, если хочешь быть счастлива!

Молодая женщина засуетилась, хватая то одно,то другое.

Фрау Хильтруд ждала.

-            Захвати нюхательные соли и ножницы для рукоделия, - только и промолвила она.

Маргарет кинулась выполнять приказание с такой скоростью, что опрокинула стул и рассыпала прочие швейные принадлежности. Увидев россыпь булавок, вдова быстро шагнула вперед, словно собираясь помочь их собрать, но лишь сгребла в горсть несколько штук, сжав в кулаке так, что острые кончики впились ей в ладонь.

В молчании две женщины проследовали в комнату, где лежала умирающая Вероника. «Умирающая», - это фрау Хильтруд видела ясно. Слишком много яда нахтцерера проникло в кровь бедной девушки, и не найти было средства, чтобы его вывести. Помочь могло только чудо, но какое? Нет, не об этом надо было думать!

-            Высыпь соль, - коротко приказала вдова невестке. - Пустой пузырек мне. Быстро.

Маргарет и прежде боялась свекрови, а теперь и подавно - такого выражения лица и такого безжизненного голоса она не слышала у нее никогда. Женщина поспешила вытрясти содержимое пузырька прямо на стол, дрожащей рукой протянула пустую посудинку,и едва не закричала от ужаса, когда увидела, что ее свекровь склонилась над телом девушки и бестрепетно вонзила заостренные кончики ножниц прямо ей в руку у самого плеча!

Кровь плеснула в подставленный флакон. Дождавшись, пока натечет примерно половина, фрау Хильтруд подставила сосуд под собственную окровавленную ладонь. Надавила несколько раз, чтобы несколько капель упало внутрь, встряхнула, смешивая.

-            Я бы взяла твою кровь, но ты уже не девственница, - сухо промолвила она. - Сиди возле нее. Не смей отходить даже на шаг, пока я не вернусь. Одна или... или не одна. Только потом - поняла, потом! - ты вольна идти, куда угодно. Хоть обратно к своим родителям, хоть прямиком к инквизиторам. Удерживать не стану. Но если, вернувшись, я не застану тебя здесь - ты пожалеешь, что родилась на свет. Поняла?

Маргарет быстро-быстро закивала, кусая губы. Не дав молодой женщине вымолвить ни слова, фрау Хильтруд взяла ее за руку, усадила на стул подле постели Вероники и вышла.

И никто из слуг не заметил, куда она пошла.

Обсуждение деталей надолго не затянулось - студиозусы не такой народ, чтобы тратить много времени на планирование. Большинство этой братии - люди в первую очередь действия. Они даже экзамены сдают по принципу: «Главное - ввязаться, а там поглядим!» И сейчас приятели лишь обговорили, когда, во сколько и где встречаться, чтобы потом отправиться навстречу гонцу. Что и как будут делать, решили сообразить по ходу дела - или на ходу, чтоб не терять зря время на болтовню.

Дитрих забежал домой лишь на пару минут - вооружиться. Мелькнула у юноши мыслишка предупредить мать, куда и зачем он уходит, но тут же пропала. Фрау Хильтруд и так почти потеряла своих сыновей. Не следовало тревожить ее лишний раз. А то ещё вздумает не отпустить! Мамы - они такие! Не понимают, что подвига не совершить, сидя дома.

В назначенный час он был на месте. Все пятеро его приятелей явились без опоздания, чуть ли не строем. Многие были вооружены до зубов, так что обыватель вряд ли отличил мирных студиозусов от отряда рейтаров. Фриц не подвел, пригласил с собой студента с некромансерского факультета, представив его, как Рубана Куббика. 2020 Невысокий, коренастый, с простоватым лицом Рубан по очереди пожал всем руки и по поводу предстоящего дела задал только один вопрос: «Законно ли все это?» А, получив отрицательный ответ, обрадовался: «Отлично! Я с вами!»

Ворота Зверина уже закрыли на ночь, но несколько гульденов решили эту проблему.

-            Только смотрите, - предупредил стражник, приводя в действие поворотный механизм, - до утра чтоб назад не ломиться! Не пушу! А коли пушу,то лишь затем, чтобы сдать, куда следует!

-            А если кому-то очень надо? Например, издалека гонец со срочным предписанием?

-            У таких гонцов бумаги и печати имеются, - ответил стражник.

-            Бумаги, значит... ну-ну...

Студиозусы понимающе переглянулись.

Городское предместье растянулось на целую улицу. Тут жили поденщики, бедняки, не сумевшие накопить денег на постройку дома в черте города, пришлые переселенцы, мелкие ремесленники, не входившие ни в один цех или гильдию и обслуживающие большей частью своих соседей. Возле каждого дома имелся садик и огород. Дома большей частью были сляпанные кое-как - времянки, превратившиеся в нечто постоянное.

Ехали долго и, как могли, быстро, рискуя переломать лошадям ноги. Напасть на гонца следовало как можно дальше от городской черты, чтобы даже случайно не явился свидетель. Впрочем, если бы встреча произошла ночью, вряд ли кто-то что-нибудь разобрал в темноте под кронами деревьев.

-            Долго еще? - первым занервничал Вальтер.

-            Понятия не имею, - честно ответил Дитрих, который, как предводитель отряда, ехал впереди. - Мы ж не знаем точно, когда гонец выехал из Нюрнберга. Может, он только через несколько часов его покинет...

Ответом ему был возмущенный гул голосов.

-            Мы так не договаривались! - громче всех возмущался Вальтер. - Несколько дней провести в этих лесах? Как последние разбойники? Кстати, что с нами будет, если мы с ними повстречаемся?

-            Что с нами будет? Наверное, добрая драка, - ответил Дитрих. - Я вот дрался с одной шайкой. Двоих уложил, третьего ранил... Итого трое на одного. Нас тут шестеро и некромансер... Всего семеро. Какой нужен отряд, чтобы на нас напасть?

-            А еще, милый, у вас есть фру Рейн, - та сидела на крупе коня. - Которая заранее может почувствовать, если кто-то окажется поблизости... И сейчас она кое-что чувствует!

-            Что? - Дитрих осадил коня, взмахом руки заставив остальных тоже остановиться. - Кто? Где?

Все завертели головами, но лес вокруг дороги стоял, как лес. Мрачный,темный, непроницаемый. Факелов и ламп ни у кого не было - незачем заранее оповещать о своем существовании! - и мир сузился практически до небольшого участка дороги. Что там творилось в темноте - оставалось лишь гадать. Некоторые поспешили схватиться за оружие.

-            Вы что-нибудь слышите? - подал голос Фриц.

-            Угу, - кивнул приглашенный некромансер. - Есть тут кто- то... странный. Нежить какая-то!

-            Ого! Кладбище вроде как в другой стороне!

-            А это здешние. Вон, не видите разве?

Никто из студиозусов не обладал некромантским зрением, за исключением Дитриха.

 Направо, наследник, - фру Рейн чуть ли не за волосы развернула его голову в нужную сторону. - За деревьями. Присмотрись