В этих случаях надо просто идти дальше, не останавливаясь. Раз лес ведёт тебя, значит, кто-то нуждается в помощи ведуньи.

 

У очередного ручейка девушка устало села на поваленное дерево. Ноги ужасно гудели, и Веда, разувшись, опустила их в воду остужаться.

- Хозяин леса, сколько ещё мне идти-то осталось? Уж не дойду я, - пожаловалась девушка лесовику, всматриваясь в старые деревья. Но лес, естественно, молчал.

Через некоторое время, придя немного в себя, Веда осторожно, чтобы не ступить на землю босыми ногами, умыла разгорячённое лицо и шею. Набрала в ладошки прозрачную воду и утолила жажду, когда вдруг что-то со свистом пролетело рядом. Оглянуться девушка не успела, её кто-то сзади резко перехватил за талию и, зажав рот рукой, дёрнул в сторону. Вот только Веда с ужасом для себя успела увидеть, как на той стороне ручья из лесу стали выходить страшные чудища, а один медленно оседал со стрелой в груди.

Странный спаситель спрятался за широкий ствол ели и попытался поставить девушку на землю. Но Веда всеми силами держалась за мужскую руку, подтянув ноги.

-            Отцепись, я не могу и стрелять, и тебя держать, - обжёг макушку девушки горячий мужской шёпот.

-            Моя обувь там осталась. Мне нельзя без обуви, - в панике прошептала в ответ Веда, с ужасом представляя, что произойдёт, если она коснётся хоть пальцем ноги земли.

-            Ты ведунья? - тихо спросил мужчина, придерживая рукой странную девицу навесу.

-            Да, - ответила ему Веда, быстро кивая головой.

-            Это я тебя звал, что бы ты помогла, а не висела на мне. Так что скорее ставь щит. Я приказываю.

Та сила, что была в словах спасителя, не дала и шанса девушке воспротивиться. Веда аккуратно опустила свои белые ножки на землю, и та, как всегда, радостно наполнила ведунью силой своей, забурлившей по венам девушки, прося выпустить её. И Веда поддалась, уходя в транс, сливаясь с матушкой сырой землёй, с лесом. И запела девушка песнь волшебную, которая рвалась из самого сердца.

Наговор за защиту сам лился из уст Веды, будто лесной ручеёк, постепенно набирая силы, превращаясь в бурную реку, что бы водопадом ударить по чужакам. Словно венок, ведунья плела защиту лесу, желая уберечь от огня и руки злой, чтобы только счастье жило здесь. И не было ни зла, и ни бед, стороной обходили подружки Недоли. Когда последние слова песни утихли в лесной тиши, Веда, как подкошенная трава, упала без чувств.

Ведьмак сумел вовремя поймать девушку, не дав ей коснуться земли.

-            Что же ты так неосторожно, маленькая ведунья, - прошептал Радомир, подняв лёгкое тело девицы на руки.

Из леса к нему вышел собрат по оружию, Воислав, с удивлением рассматривая интересную ношу на руках ведьмака.

-            Всё чисто! Чужаки ушли, кто смог. А ты очень сильный, Радомир. Жахнул их так, что я чуть не ослеп от света, - слегка посмеиваясь, похвалил Воислав ведьмака.

-            Да не я это вовсе, а ведунья. Ты давай, расстели чего, чтобы положить её и укрыть, - недовольно одёрнул воина Радомир.

Собрат быстро устроил удобное ложе для девицы,и ведьмак осторожно опустил Веду на него, следя, что бы она не коснулась сырой земли кожей. Тут же развели небольшой костёр, устраиваясь на отдых. Ведунья долго не приходила в себя. Радомир несколько раз проверял её, прикладывая ладонь к ледяному лбу.

-            Это она пела в лесу, когда твари полезли? - спросил Воислав, заинтересованно оглядываясь на спящую девицу. Отблески огня играли на её рыжих волосах, освещая удивительно белую кожу лица с лёгким загаром, небольшой аккуратный носик и алые губки. Ведунья определённо была красива, даже удивительно, ведь с детства детей пугали страшными ведуньями да ведьмами, а тут молодая, хрупкая. Как же такую бояться?

Переведя взгляд на Радомира, воин с удивлением заметил, что тот сел возле костра и, хмуря брови, невидящим взором смотрел на пляшущие языки пламени. Воислав видел ведьмака в любых ситуациях, но таким обеспокоенным никогда. На его лице причудливо играли тени от костра, а в его зелёных глазах зловеще отражался огонь.

-            Ты слышал? - вдруг спросил Радомир.

Воин вздрогнул от приглушённого, но сильного голоса ведьмака.

-            Конечно, больно красивая песня-то вышла. За душу берёт, выворачивает. Впервые слышал, что бы девка так пела. Да и сама лицом больно милая. Что скажешь, может, приударить за ней? Может, приласкает меня девица-то? - весело спросил воин у собрата.

Воислав был видным мужчиной. Ни одна свободная девица мимо спокойно пройти не могла, заглядывалась на высокого широкоплечего воина с голубыми глазами да радостной доброй улыбкой.

-            Даже думать не смей, - тихо пробормотал ведьмак, слегка сощурив глаза.

-            А что так? - обиженно уточнил собрат.

-            Ведунья она, а не девка обычная.

-            И что, что ведунья? Неровня мне, что ли? - усмехнулся Воислав.

-            Нельзя обижать ведуний. Тебе же только попортить да и дальше пойдёшь мечом махать. А она ведь не простит, проклянёт. И на тебя порчу нашлёт и сама сгинет. Нельзя их гневить, Слав, нельзя. Так что даже думать не смей, - ровным голосом осадил собрата ведьмак, задумчиво рассматривая огонь.

Слова ведьмака неприятно кольнули в груди воина. Правды в них было много, но что-то в ведунье зацепило за душу мужчину. Что-то новое, никогда не испытанное доселе поселилось в сердце. Странно, а ведь он и глаз девицы не видел, не разговаривал с ней, не видел её нежной улыбки. Но это всё уже нравилось ему. Просто наваждение какое-то.

Глубоко вздохнув, Воислав встряхнул головой в попытке освободиться от мыслей о ведунье. Смотря на Радомира, воин стал беспокоиться о состоянии собрата.

-            Тебя что гнетёт?

-            Да понимаешь, я ведь слово дал богине, когда помощи просил. Уж не знал, что делать. А богиня услышала и привела ведунью. Как же слово-то теперь сдержать, - зарылся в свои белые волосы ведьмак, сокрушённо опуская голову. - Что ж

теперь делать, не пойму? Ведь поход неблизкий да опасный.

Не таскать же её с собой, молодку. Ох уж думы тяжкие, ладно, утро вечера мудренее. Спать ложись, я посижу.

Воислав, удобно устраиваясь на лежаке, всё же спросил у собрата:

-            А что за слово-то дал?

-            Спи, - приказал Радомир воину.

Когда тот затих, ведьмак осторожно подошёл к спящей девушке. Он внимательцо рассматривал милое лицо ведуньи, понимая, что богиня не позволит не сдержать слово. И ему придётся связать свою жизнь с этой девицей. Тяжело вздохнув, Радомир встал на колени подле лежака, достал из-за пазухи платочек. Раскрыв его, ведьмак осторожно взял в руки перстень и аккуратно одел на тонкий пальчик ведуньи. Он был явно велик для девицы, но камень в нём ярко вспыхнул зелёным светом, и ободок, сузившись, плотно обхватил пальчик наречённой. Ещё немного полюбовавшись на свой перстень на белой ручке девицы, ведьмак поцеловал ей тыльную сторону кисти.

-            Ну что ж,теперь осталось тебя полюбить, - горестно вздохнул мужчина.

Радомир положил ручку девушке на живот и опять устроился у костра, думая о странных играх старших богов.

А Веде сцился тревожный сон. Страшные чудища прорывались сквозь строй воинов, не могущих удержать стаю. Они умирали от страшных зубов и когтей. Их рвали на части, словно они были и не люди, а куклы тряпичные. Кровь заливала зелёную молодую траву, которую вытаптывали сотни ног.

Земля оплакивала детей своих, не в силах спасти их от страшной смерти. И вдруг тварей снесло мощной волной чистой магической силы. Они вспыхивали, словно факелы, мигом сгорая от негасимого огня. Оглянувшись, Веда увидела на пригорке ведьмака, сила его поражала своей мощью, он

словно светился ею изнутри. Слова его заклятий были настолько наполнены властью, что непроизвольно хотелось подчиниться. А ведьмак приказывал силе исцелять воинов, оберегать от чудищ.

Девушка с замиранием сердца смотрела, как сила, бурлящая в ведьмаке, стала концентрироваться в его руках, формируясь в яркие сгустки огня. Вдруг около мужчины появилась призрачная тень Великой богини Лады. Веда с удивлением поняла, что слышит их разговор, хотя расстояние до них было приличное. Но каждое слово, сказанное ими, чётко долетало до неё, отзываясь волнением и тревогой в сердце маленькой ведуньи. Богиня просила ведьмака одуматься, пыталась отговорить его от опрометчивого поступка.

-            Ты перегоришь, Рад! Я не смогу уберечь тебя!

-            Я должен спасти людей, это моё призвание и долг! Прости, Лада-заступница, но я должен! - был непреклонный его ответ.

И он изо всех сил хлопнул в ладоши, завершая заклинание. Выпущенная им сила просто сметала всё на своём пути! Открытый чудищами вход в наш мир захлопнулся с неприятным звуком, отрезая им пути к отступлению. Воины, почувствовавшие, что с ними сила волшебная и животворящая, собрались в строй и смогли отразить атаку и даже заставить отступать остатки стаи.

Но Веда этого уже ничего не видела, во все глаза она смотрела на резко поседевшего ведьмака, который обессиленно стоял на коленях. Богиня осторожно положила руку ему на голову и молвила своим мелодичным голосом подбадривающие слова:

-            Ты найдёшь того, что разожжёт в тебе огонь и исцелит тебя, мой сын. Только надо подождать, Радомир. Вот только ждать придётся очень долго,и вытерпеть тебе многое предстоит. Только не упади в пучину отчаяния.

-            Я знал, на что шёл, богиня-заступница. Я справлюсь. Я буду верить и ждать этот миг, когда бы он ни наступил, - твёрдым

голосом ответил ей ведьмак, наконец открывая свои зелёные глаза и встречаясь с взглядом ведуньи.

И в этот момент Веда проснулась, резко садясь на лежаке. Оглядев небольшую поляну, страха не почувствовала, значит, она в безопасности. И девушка заинтересованно стала рассматривать мужчин возле костра. Один обычный воин, большой, словно медведь, лежал на таком же лежаке, как и она сама. Густые русые волосы были туго стянуты обручем на лбу. Около него лежал меч в ножнах, рука воина покоилась на рукояти. «Истинный воин», с усмешкой подумала Веда. Сердце его было открытым, нрав вспыльчивым, но отходчивым, а в душе жил ветер дорог.

Второй мужчина сидел спиной к девушке. Седые длинные волосы были заплетены в косу с вплетёнными в неё амулетами и оберегами. От него шло чувство полного спокойствия, мужчина жил в ладу с миром. И мир его берёг от всех невзгод.

-            Подсядь к костру, коли сможешь встать, ведунья. И негоже девице так откровенно разглядывать мужчин, - с усмешкой сказал седовласый приятным голосом с хрипотцой.

Веда слегка вздрогнула от звука этого притягательного голоса, который она слышала во сне. Девушке очень захотелось взглянуть в лицо мужчины, это было для неё почему-то очень важно! Она с осторожностью стала подниматься и вдруг заметила на своём безымянном пальце перстень с зелёным камнем. Он был красивым и очень необычным, руны на нём девушка не могла прочесть, но от них исходила сила оберегающая, связывающая. Сердце Веды сильнее забилось от догадки, что это могло означать. Подсев поближе к костру, девушка удостоверилась, что мужчина - это ведьмак из её сна. Переведя свой взор на перстень, она поняла, кому он принадлежал, и это был не просто сон, а воспоминания ведьмака.

-            Зачем ты мне надел свой перстень? - спросила у седовласого Веда, с интересом разглядывая мужчину.

Он был таким же, как во сне: непоколебимым, статным, могучим и каким-то родным. Девушку тянуло к нему, хотелось прижаться к широкой груди и вслушиваться в стук сердца. Смущаясь своих глупых мыслей, Веда корила себя за них. Она часто слушала, как прочие девицы делились своими чувствами, что это просто неописуемо приятно - прижиматься к мужчине. Правда, раньше у ведуньи не возникало подобного желания. А тут только встретились, и она, словно кошка, готова льнуть к нему, желая получить ласку. Веда в ожидании ответа молча продолжала рассматривать ведьмака. Отблески огня откидывали причудливые тени позади него, словно из спины мужчины росли призрачные крылья. И девушка заворожённо искала то, что раньше светилось внутри этого великого воина. Но ничего кроме пустоты и завывания ветра она не нашла.

Хотя нет, в его сердце ведунья с удивлением почувствовала свет. Не огонь, как у обычных людей, а именно свет. Он не грел, а словно из последних сил не желал уходить, продолжал светить маленьким светлячком. И Веда улыбнулась, с облегчением понимая, что ведьмаку можно еще помочь.

-            Ты моя наречённая. Это мой тебе подарок, - неожиданно ответил Радомир.

Он так же заинтересованно смотрел в красивое лицо девицы. Рыжие волосы, растрёпанные ото сна, зелёные глаза искрились душевной добротой. А сила в маленькой ведунье жила своей жизнью, так бывает у проводников. Они берут силу у мира, как эта девчушка берёт силу у земли-матушки. Хотя тут скорее землица сама всеми силами пытается жить через тело девушки. Ведунья явно не способна контролировать свой дар, она полностью раскрывалась. И Радомира тянуло прикоснуться к такому желанному источнику силы, хотелось окунуться в её свет, наконец-то полностью войти в былую силу.

-            Подарок? - испуганно прошептала Веда, всматриваясь в лицо мужчины.

Но он не улыбался, не лукавил. Все слова были правдой.

Щёки у Веды вспыхнули от смущения: никто и никогда ей ничего не дарил. Это было так неожиданно и приятно. Вот только наречённой не могла быть ни одна ведунья - таковы правила.

-            Я не могу быть с тобой,ты же знаешь. Мы не создаём семьи, отдавая себя служению богам, помогая людям, - грустно вздохнув, ответила Веда.

Она давно, ещё маленькой девочкой, мечтала о семье, как у всех. Она часто плела венки, представляя, как оденет его на своего мужа, как будут просить они благословения у богов. Но жизнь оказалась не такой радужной.

-            Можем. Просто об этом все забыли! - ровным голосом ответил Радомир, смотря, как девушка странно реагирует на его слова.

-            Можем? - встрепенулась Веда, с надеждой вглядываясь в зелень мудрых глаз.

-            Конечно. Все мы созданы для любви! Любовь движет нами, даёт нам силы и свет! Без неё ведь никуда, - по-доброму улыбаясь, пояснил ведьмак. - Да только скажи-ка мне, маленькая, почему не обучали тебя ведуньи верховные? Как же они тебя упустили из вида-то?

Веда смешно сморщила носик, вспоминая ту неприятную встречу.

-            Ну почему же, приходили! И даже пытались обучать. Вот только я от них лесом ушла. Они такие противные. Всё учат- учат. А я маленькая была, играть хотела, - тихо смеясь, прошептала девушка.

-            Непоседа, - развеселился Радомир.

Он впервые слышал, что кто-то смог сбежать от Верховной.

-            Да ну их! Меня лесовик ведёт, лес мне шепчет! Вот моё призвание! А не в котле отвары варить! - отмахнулась девица.

-            Всё равно надо учиться заговорам и наветам, - сдерживая смех, как можно серьёзнее ответил мужчина.

Веда помолчала, принимая его правоту, а затем горько проговорила:

-            Я родилась уже проявленной. Меня все сторонились, понимаешь? Это очень неприятно, когда ты прикоснуться ни к кому не можешь. И ругали постоянно... Вот я и сбегала.

Помолчав в тишине, Веда вдруг посмотрела в глаза Радомиру. Мужчина понял, что ей в голову пришла какая-то мысль.

-            А давай ты меня и обучишь? Это ведь несложно? - легко предложила она.

-            Ой ли, несложно? - весело спросил её ведьмак.

То, как по-доброму прозвучал ответ Радомира, рассмешило Веду. Она залилась смехом, стирая с глаз выступившие слёзы, а мужчина в шоке замер. Смех девицы был такой мелодичный, словно звонкий ручеёк скачет с камня на камушек. В немом восхищении он впитывал в себя прекрасный образ смеющейся наречённой.

От переливов её смеха проснулся Воислав, зачарованно засматриваясь на веселящуюся ведунью.

-            У тебя получится, я верю в тебя! - весело подбодрила Веда Радомира, когда отсмеялась.

Радомир тоже не смог удержать улыбку, зарывшись рукой в густые волосы.

-            Я бы еще хотела научиться, как ты, чудищ сжигать, спасая людей! - неожиданно серьёзно сказала Веда, неотрывно следя за Радомиром.

Ведьмак услышал решимость в голосе девицы и ответил ей:

-            А вот этого не могу, маленькая. Ты же пахнешь лесом и лугами, в душе у тебя шум лесов. Ты тянешься к свету, как молодая берёзка, склоняешься под порывом ветра. Ты рождена дарить жизнь, спасать её, а не отнимать! И нет в тебе огня, даже забрать ты его не сможешь, как проводник. Сгоришь сама,и не как я, а полностью, до основания. Понимаешь? Даже думать об этом не смей. А остальному обучу. А теперь ложись спать, ты устала.

-            Вот только не надо на мне свои чары использовать. Сама уж как-нибудь усну, под шум леса! - обиженно прошептала Веда, вернувшись на свой лежак.

Удобно устроившись, девушка легко уснула, радостно улыбаясь.

-            Воислав, забудь о ней. Не про тебя она, - прошептал Радомир.

-            Красивая, - ответил, улыбаясь, собрат.

-            Очень, - тихо отозвался ведьмак.

•kit it

Утро началось для Веды с ласкового солнечного лучика, который скакал по лицу девушки, заставляя открыть глаза. Повернувшись на другой бок, Веда неосторожно коснулась земли, и сила слегка защипала пальцы, давая ей шанс проснуться добровольно. Недовольно сев на лежаке, Веда обиженно надулась. Вечно ей не дают выспаться. Лес опять звал её, вынуждая спешить. Быстро собравшись, девушка съела оставленный лёгкий завтрак и, запив всё водой, тронулась в путь. Но стоило ей сделать шаг, как дорогу преградил воин, который был в обществе ведьмака.

Он, весело улыбаясь, протянул красавице букет полевых цветов.

-            Здрава будь, красавица. Слышал я песню твою вчера. Очень по сердцу она была мне. Да и ты тоже, - поздоровался мужчина.

Девушка испуганно смотрела на мёртвые цветы в руках у воина. Они из последних сил отдавали миру свои крупицы жизни, прощаясь с ним. Выхватив их, девушка положила их на землю, прижимая ладонями, быстро зашептав.

Воислав впервые видел, чтобы девушка так принимала его дар. Но ведь приняла! Довольно усмехнувшись, он решился на

второй шаг. И дождавшись, когда девица встанет, хотел притянуть её к себе, чтобы попробовать уста её сахарные.

Вот только Веда, грозно смотря на него, сделала лишь шаг назад,и вдруг оказалась прижата к горячей груди Радомира с зажатым ртом.

-            Ты что тут делаешь, маленькая? - прошептал он ей над ухом.

Высвободившись из крепкой хватки ведьмака, Веда развернулась к нему лицом. Он собранно всматривался в лес поверх её головы, сжимая в руке лук с приготовленной стрелой.

Оглянувшись назад, Веда прислушалась к лесу.

-            Шестеро идут прямо на нас, двое обходят слева. Но круг стоит, они не смогут пройти, - прошептала она Радомиру.

-            Тогда почему ты тут, если они не пройдут? - усмехнувшись, спросил её ведьмак.

-            Не знаю, лес привёл.

-            Значит пройдут. Приготовься, - приказал он ей, задвинув за спину.

Веда быстро сняла обувь, осторожно вставая на неё. Потом оглядела широкую спину ведьмака и с хитрой улыбкой стала поднимать его рубаху.

-            Ты что это делаешь? - спросил Радомир, даже не оглянувшись на неё.

-            Ну я тебе силу передам, а ты уж сам как-нибудь, - прошептала ему в ответ девушка, прижимая свои ладошки к его голой спине и вставая босыми ногами на землю.

И Радомир почувствовал, что наполняется он силой, как она, словно вода, вливается в него, течёт по венам. Ведьмак с трудом совладал с собой от радости, чуть не потеряв голову. Но тут появились чудища.

Пройти обережный круг они не могли, бессильно бросаясь на стену. Люди в ожидании замерли, готовые в любой момент нападать, когда позади них раздался громкий крик Воислава, который звал девушку.

-            Вот дурень! - в сердцах прошептал Радомир, понимая, что не успевает прикрыть собрата.

Обернувшись, он посмотрел в зелёные глаза девушки, которая густо покраснела.

-            Веда, он что, приставал к тебе? Он же тебя ищет, - прошептал ей Радомир.

-            Прости, но я не виновата. Ты его спасать будешь? Он за круг уже вышел.

-            Будем. Куда ж мы денемся? - прошептал Радомир, прицеливаясь.

Свист тугой тетивы и полёт стрелы оглушил девушку, а потом ещё и ещё раз. У неё было желание убрать руки, чтобы закрыть ими уши. Но ладони словно приросли к коже ведьмака. И девушка лишь сильнее прижалась к его спине, испуганно вздрагивая каждый раз. А потом сила вышла из-под контроля, мощным потоком вливаясь в ведьмака. И вспыхнули твари как факелы, сгорая дотла. Веда без чувств стала оседать на землю, когда Радомир поднял её на руки. В этот момент к ним вышел Воислав.

-            Радомир,там такое! Твари набросились на меня с двух сторон, но стрелы твои меткие точно ранили их, спасая меня от смерти. Спасибо, брат, уже не первый раз выручаешь меня! - радостно сказал он, подходя блиящ. Но вдруг встревоженно спросил, замечая, что девушка без сознания: - А что ж с красавицей нашей?

-            Воислав, я что тебе про эту ведунью говорил, помнишь? - спокойным голосом ответил ведьмак, смотря в глаза воину.

-            Да, помню, - серьёзно ответил Воислав, понимая, что ведьмак чем-то недоволен.

-            И чего ж тогда за ней по лесам бегаешь?

-            Полюбилась она мне, по сердцу пришлась, - с вызовом ответил Воислав, с тревогой смотря, что девица опять без сознания лежит на руках у собрата.

-            А ты ей нет, - стого ответил Радомир.

-            Она первый дар мой приняла, так что нравлюсь я ей. Давай подсоблю, - сказал воин, желая забрать драгоценную ношу.

-            Не принимала она у тебя дара. Она цветы, что ты сорвал, обратно в землю посадила. Ты головой-то думай, что природной ведунье преподносить . Она же с этими травами общается, разговаривает. А ты их рвёшь, дурень, - осудил его ведьмак.

-            Так, девка она, что ещё-то в первый дар преподносить? - недоумённо спросил Воислав.

-            Да не простая она девка, а ведунья! Берись за мою руку, - приказал Радомир.

Дождавшись, когда собрат прикоснётся к локтю, ведьмак шагнул вперёд, что бы оказаться около костра. Воин восторженно оглянулся, осматривая стройные берёзки.

-            Вот это чудо чудное,ты очень силён стал. Раньше я такого не видел.

-            Да не я это. Всё это маленькая ведунья, - грустно сказал Радомир, ощущая, что резерв снова стал пуст, словно пересохшее русло. Только остатки силы ещё слегка будоражили кровь. - И, Воислав, она моя. Так что не стоит утруждать себя. Найди себе другую.

-            Я не понимаю. Когда ты успел её свой сделать? - усмехнулся воин.

-            Когда слово богине давал, - глухо отозвался ведьмак, укладывая девушку на лежак.

•kit it

Веде же опять снился сон, как Лада лебёдушкой плавала по абсолютно круглому озеру. Луна ярко освещала воду. И лес молчал, словно время остановилось.

-            Хочешь спасти его? - вдруг услышала девица голос богини.

Веда в недоумении посмотрела на лебедя. Кого спасти?

-            Я же всегда помогаю чем могу всякому страдающему, - ответила девушка.

-            А ведьмаку хочешь помочь? Хочешь? - спросила опять богиня.

-            Конечно хочу. А как? - с готовностью спросила Веда.

Ведь кому-кому, а ради ведьмака она готова на всё.

-            Приведи его сюда, напои водицей из своих рук,и...

-            Просыпайся, пора в путь собираться, - вдруг раздался сильный голос Радомира.

С трудом открыв глаза, Веда встретилась с встревоженным взглядом ведьмака.

-            Чудища близко от деревни. Надо людей уберечь. Собирайся, маленькая, - сказал ей ведьмак, когда понял, что девушка проснулась.

•kit it

В этот раз троица вышла на краю леса, и чтобы дойти до деревушки, пришлось переходить реку вброд. Воислав предложил Веде перенести её через реку. Девушка скромно опустила глаза, не зная, как помягче ему отказать. Но спас её Радомир, молча легко поднял наречённую на руки и смело шагнул в воду. Веда благодарно посмотрела ему в глаза, даря нежную улыбку. А в сердце у Радомира растеклось тепло от этой нежности и той благодарности, что искрилась в зелёных глазах девушки. Воислав с завистью смотрел в спину собрату и ловил себя на том, что он бы тоже хотел, что бы на него так смотрела ведунья.

Когда они вошли в деревню, к ним приблизился староста, желая поздороваться с гостями.

-            С добром ли к нам, али со злым умыслом? - спросил он.

-            С добром и с помощью, прячь детей и женщин: чудища на подходе. Веда, ставь обережный круг! Воислав, готовь стрелы.

Веда, разувшись, завела песню-оберег, когда из лесу в сторону деревни ринулись чудища поганые. Пока мужчины отстреливали их, ведунья заканчивала свою песню. Сила насыщала воздух вокруг ведуньи,и Радомир стал слегка пьянеть от неё. Стрелы летели всё быстрее и смертоноснее. Чудищам не было дано и шанса на выживание. А собрат во все глаза смотрел на эту пару из ведающих, чтобы наконец осознать, что нет ему места рядом с такой девушкой.

•kit it

Уже ближе к вечеру Воислав с Радомиром сидели на завалинке дома старосты, где спала Веда.

-            Ты пойми, она ведунья. Она не будет сидеть дома. Её лес зовёт. Как позовёт, так и пойдёт она помогать любому, кому нужна её помощь. Понимаешь? И ты не сможешь удержать её,

- тихо говорил Радомир, смотря, как пляшут языки пламени.

-                  А ты сможешь? - горестно спросил собрат, понимая и правду, и то, что девушка даже не смотрит в его сторону.

Он принял то, что она выбор его друга. Только ни одна свободная девица из этой деревни не могла сравниться красотой и светом с рыжей ведуньей.

Вдруг дверь открылась и на улицу выскочила радостная Веда. Она была в одной белой сорочке, волосы распущены, глаза ярко светились зелёном светом. Девушка восторженно побежала к Радомиру, схватила его за руку и потянула на себя со словами:

-            А у меня для тебя тоже есть подарок! Я могу тебя исцелить! Дозволишь?

Ведьмак словно заледенел, смотря на такую живую, радостную ведунью. Сцолькие ему это предлагали, сколькие обманывали и никто не смог помочь. Ведь цена была слишком велика.

-            Нет.

-            Как нет? Ты же сам сказал Ладе, что будешь ждать этого дня и верить! Ты отказываешься от своих слов? - холодно спросила его уже не маленькая девочка, а сильная ведунья.

Радомир не смог сдержаться, в сердцах спросил у наречённой:

-            Ой же ты, глупая. А цену ты знаешь такому исцелению? Ты же всю себя высушишь, как я себя! Я на это не согласен. Это больно, когда в душе остаётся лишь пустота! Только воспоминания о былой силе! И ты не можешь помочь, как прежде, людям. Ты будешь бессильно смотреть, как нуждающийся будет ненавидеть тебя за то, что ты отказываешь ему в помощи. Я не пожелаю тебе такого же. Это страшно и больно.

Воислав, не понимая о чём речь, в удивлении смотрел на парочку. Веда не отпускала руку собрата, пытаясь заставить его следовать за собой. И вдруг он радостно улыбнулся, встал и вошёл в избу, понимая, что их нужно оставить одних.

-            Ты мне дал слово, Радомир. Не спорь с ней и прими её дар! Пойми,ты был одинок, а у неё будешь ты. Ты поможешь ей справиться, - вдруг прошелестел голос богини-заступницы в ночи.

Ведьмак сразу поник, принимая правоту: отказать он не мог, лишь оттянуть время.

-            Молодая же она. Больно ей будет без огня-то, Ладушка, - попробовал отговорить богиню.

-            А ты на что? Ты и спасёшь её, - рассмеялась в ответ Лада.

А Веда радостно смотрела на красавицу богиню с

замиранием сердца. И когда заступница ей слегка кивнула, ведунья счастливо улыбнулась. В сердце не было сомнений, не было тревог, только душа её ликовала.

-           Пойдем со мной, наречённый, - радостно позвала ведунья Радомира и, словно лёгкое пёрышко, упорхнула средь берёз.

-           Что ж вы делаете со мной, лебёдушки, - горестно вздохнул ведьмак и по-старчески тяжело встал на ноги.

Ведунья ему досталась очень странная, прочие взамен просили богатства, подороже пытались сторговаться. А она взамен ничего не попросила.

Идти ему долго не пришлось, лесовик вывел прямой дорогой к ночному озеру.

А там... маленькая ведунья с распущенными волосами завела песню, вплетая в неё заговор. Легко ступала она по воде, оставляя после себя лишь расходящиеся круги. Полная Луна светло освещала всю округу, наполняя воздух своей ворожбой. И всё это было столь сказочно, давно забыто Радомиром. Раньше, до прихода тварей, ведуньи и ведьмаки собирались в ночь Ивана Купала и ворожили. А сейчас слишком мало осталось ведающих. И они крайне редко собирались вместе, охраняя пошатнувшийся мир от тех, что не ушли, а затаились в лихих лесах.

Лада подтолкнула ведьмака к озеру. И Радомир, скинув сапоги, приблизился к поющей Веде. А песня её была слишком чувственной, чтобы слушать её без слёз. Слова ведуньи возрождали в Радомире давно забытые чувства и разжигали огонь, который некогда бушевал в нём.

Как в руны мне нежность облечь,

Как мне в твоём сердце разжечь Костёр из того же огня,

Который сжигает меня!

Я стану живая вода,

Позволь мне тебя напоить,

И ты позабудешь тогда Легко все печали свои.

Я знаю, где тропы лежат,

Которыми можно сбежать,

Чтоб мир удивлённый притих,

Когда мы с тобой полетим В небо от печали земной.

Останься, останься со мной.

Я таю, как воск под рукой,

Прильну и отхлыну волной,

Я буду струиться, как шёлк,

Я буду пылать, как смола.

Чтоб стали мы огненный вихрь,

Где пламя одно на двоих,

Останься, останься со мной Навеки!*

Веда, вся сияя от волшебной силы, протянула ладошки навстречу мужчине, где плескалась прозрачная вода. Ведьмак осторожно испил из рук наречённой, впитывая то, что Веда отдавала с радостью, самоотверженно, как и подобает ведунье. А потом наклонился над девушкой и поцеловал, иссушая её без остатка, восстанавливая себя в полной мере. Огонь вернулся в сердце Радомира, а с ним любовь и радость.

Лада лебёдушкой кружила вокруг пары, омывая их брызгами из священного озера.

Наутро Радомир проснулся на берегу озера первым, с трудом вспоминая, чем закончилась ночь. Под боком лежала маленькая ведунья. Хотя нет, теперь просто девица, его новоиспечённая жёнушка. С нежностью Радомир прижал к себе девушку, зарываясь рукой в рыжие волосы. От них исходил запах полевых цветов, как же давно ведьмак не радовался жизни. Простые запахи возрождали в нём бурю чувств. Хотелось обнять этот большой и прекрасный мир. Всё же миром правит любовь!