То ограничение в признании Царем только христианской веры, а не канонов, которое введено Петром, и его самовольное законодательство в недрах Церкви и есть абсолютизация Царской власти, ибо здесь забыты границы государства. Церковь не есть только вера, но и церковный закон и жизнь по вере, как напоминает Никон в своем «Раззорении». Задачей Монарха является поддержание и раз­витие условий, необходимых для развития этих высших устремлений, и тех условий, которые облегчают для самого Монарха быть в единении с наро­дом, то есть быть в Церкви. Под Церковью я разумею не только иерархов, не демократическую общину, а всю совокупность православных христиан, объединенных верой, иерархией и таинствами. Члены этой Церкви состоят в единении ее с другими членами Вселенской Церкви через своих прослав­ленных святых. Вот какой церковный голос непогрешим в своих указаниях верховной власти этического начала в государстве, ведь не следует забы­вать, что в Церкви голоса не подсчитываются, а взвешиваются; поэтому я и говорю о святых, имена Иоанна Златоустого, Иоанна Дамаскина, Федора Студита — всегда пред нами. Только во имя этих религиозно-нравственных начал Самодержавная власть получает свое верховенство; только через это она может быть нравственной силой, удерживающей государство от зла.

Абсолютизм обосновывается в России впервые Петром I, и только с того времени совпадают выражения «Самодержавие» и «неограниченность», вновь разъединенные в Основных Законах 1906 года. Необходимой предпосылкой для изменения Царской власти явилось бы только изменение в самой религиозной жизни народа. А где налицо это изменение? Разве можно признать в России изменение веры при наличии сонма мучеников, сотен епископов, десятков тысяч священников, за веру? Их нельзя забывать, их можно только прославить. В истории гонения на христианство Москва явилась действительно Третьим Римом, и страдания Русской Церкви получили вселенское значение по своему масштабу и внутреннему смыслу. Рим Апостольский претерпел страшные гонения от язычества. Греческий Константинополь пережил мусульманское иго и крестовые походы. На Русскую Москву обрушились самые страшные удары воинствующего безбожия с претензией на мировое владычество. Гонения выросли и в силе, и в объеме. Декоративное создание Патриаршества, в существе дела лжепатриаршества, нельзя же считать за выражение народных чувств и верований! Сколь важно сохранение Самодержавия от превращения его в абсолютизм, показывают заявления многих русских мыслителей. От­решиться от Самодержавия — равносильно отречению от своей истории, вековых трудов и усилий по собиранию земли Русской и сплочению ее в одно целое, могучее государство. Самодержавие — святыня Русской народ­ной жизни, оплот против разрушающего влияния социализма (в смысле философско-политической доктрины). «Самодержавие создало Россию, и выросшая в иных условиях, чем западные государства, Россия будет жить под эгидой Самодержавия или погибнет вместе с ним», — говорит про­фессор В.Д. Катков, а М.Н. Катков говорит, что с Самодержавием Русско­го Царя соединено самое существование России.